garozza

P.S.: «…и еще… Может возникнуть такое впечатление, что я нарочито и непотребно расхваливаю изготовленные собственно мной или при моем участии записи и альбомы. Так вот, я вам вот что безжалостно сообщу, опять же, без ложной скромности — я действительно и всецело люблю, горжусь и охуеваю от всего созданного, всего, что случилось и получилось. И то, что ныне МЫ, бывшие соратники, неизбежно, безвозвратно и окончательно разбредаемся в свои сугубые стороны, восторженные и горестные, тупиковые и беспредельные… так это все, по большому счету — неважно. Все это хуйня, дорогие товарищи. Главное то, что был невъебенный праздник, и он, посредством нелепого чуда записи, остался и продолжается для всех тех, кто еще имеет уши — слышать!»

— 10 ноября 1990, Егор

Я долго собиралась написать этот текст. Слишком долго. Непростительно долго.

Это я.
Это моя девушка.

Ее зовут Анна Анненкова, ей 31 год. Она финансовый аналитик по нефтегазу, у нее 3 законченных высших и четвертое – в процессе, она любит меня, хаус, биржевые графики, мед, Вайнону Райдер, слонов и жару, очень смешно чихает – и я ее люблю. Мы вместе 2 года. Познакомились, кстати, 28 мая – не на гей-параде, в кино. Через 2 недели съехались. Я не пожалела об этом ни минуты. Я хочу прожить с ней всю жизнь.
Мы живем в однушке на юго-западе Москвы. Снимаем. Аня просыпается в шесть тридцать утра и целует меня, спящую. Днем мы созваниваемся, чтобы узнать, как идут дела друг у друга. В 10 вечера, когда у нее заканчиваются лекции в университете, она звонит мне и спрашивает, забрать ли меня с работы. Смысла в этом нет никакого – у нас нет машины, с ее пересадками на метро она попадает домой на час позже, чем могла бы, но очень уж здорово ехать домой вместе. По дороге мы читаем учебники/книги и треплемся. Дома пьем чай, занимаемся любовью и засыпаем. Ну или просто – засыпаем. Иногда, если совсем много работы, я остаюсь ночевать в редакции, и тогда она ложится спать одна. Когда я уезжаю в очередную командировку, она скучает и пишет смешные смски в стихах. В выходные мы отсыпаемся за неделю, стираем, ходим по гостям и смотрим кино (Аня тот еще киноман). Это такое очень обыкновенное счастье. И я не думаю, что оно сильно отличается от вашего.
Вы спросите, зачем вам это знать? А я отвечу, дорогие.

http://mirrov-breath.livejournal.com/99646.html

First they ignore you
Then laugh at you and hate you
Then they fight you
Then you win

Read the rest of this entry »

Хорошие все люди… увы, так мало их!

Замечательный человек-экономист, с умом и достоинством. И интересный диалог.

Sting: Voice – Voz
Dominic Miller: Guitar – Guitarra

Shape of my heart – El estado de mi corazon – Lyric Letra

Read the rest of this entry »

NON SUNT ENTIA MULTIPLICANDA PRAETER NECESSITATE
«Не следует множить сущее без необходимости»

«Бритва Оккама» (Закон достаточного основания) – методологический принцип, получивший название по имени английского монаха-францисканца, философа-номиналиста Уильяма Оккама (Ockham, Ockam, Occam; ок. 1285 – 1349), в упрощенном виде гласящий: «Не следует множить сущее без необходимости» (либо «Не следует привлекать новые сущности без самой крайней на то необходимости»). Этот принцип формирует базис методологического редукционизма, также называемый принципом бережливости, или законом экономии.

В числе известнейших примеров применения этого принципа служит ответ, который создатель первой теории возникновения Солнечной системы математик и физик Лаплас дал императору Наполеону. Наполеон спросил, почему слово «Бог», беспрерывно повторяемое Лагранжем, в его сочинении не встречается вовсе, на что Лаплас ответил: «Это потому, что я в этой гипотезе не нуждался»[2].

Когда ученики Платона попросили дать определение человека, философ сказал: «Человек есть животное на двух ногах, лишённое перьев». Услышав это, Диоген Синопский поймал петуха, ощипал его и, принеся в Академию, объявил: «Вот платоновский человек!». После чего Платон вынужден был добавить к своему определению: «И с плоскими ногтями».

Честное выступление. Таких сейчас не много.

И совковая эпистолярия в ответ от Минздрава. От которой как-то дурно пахнет, откровенно говоря. Дурно и косно: http://blog.minzdravsoc.ru/2011/04/otkrytoe-pismo-sotrudnikov-minzdravsocrazvitiya-rossii/